Эпилог
При жизни Эдуарда Мане называли "якобинцем" живописи, попирающим традиции и хороший вкус.
Журналисты, карикатуристы и консервативная буржуазия непрестанно высмеивали его. произведения. Начиная с 1860 года, Мане каждый год посылал свои работы на выставку в Салон, хотя обычно жюри принимало лишь половину присланных им картин. Несмотря на неудачи, Мане твердо держался мнения, что победу надо одержать прежде всего в Салоне, что надо отвоевать на сторону большого искусства широкие слои парижской публики, а не лишь узкий круг избранных, и поэтому не принимал участия в выставках своих друзей и последователей - импрессионистов. До самой смерти он верил, что успех придет, считая свои произведения понятными для всех, так как он писал не отвлеченные академические композиции и не романтические картины для любителей изысканности. Его целью было "увековечить жизнь такой, какая она есть".
Мане был весь, и глазами, и сердцем связан с Парижем, и нет художника, который бы лучше, более исчерпывающе отразил бы в своем искусстве жизнь парижан XIX столетия. В его произведениях перед нами проходит множество характерных типов парижского общества того времени: строгие буржуа, артисты и писатели, завсегдатаи таверн и кафе, дамы полусвета и робкие влюбленные, любители абсента и испанские танцоры; он вводит нас в уют буржуазных жилищ, ведет нас на концерт под открытым небом, на бал в Опере, в кабачки, на скачки, на берега Сены, знакомит с любителями гребли и парусных лодок, показывает парижские улицы, уютные ресторанчики в садах, берега моря, порты, мастерские художников. Мане был исследователем жизни буден.
И все же говоря о нем, в первую очередь обычно отмечают виртуозную красоту его живописной манеры, колористическое и композиционное новаторство, своеобразные художественные приемы, хотя все это было для Мане не целью, а лишь средством для показа полноты жизни. Он любил и сам процесс живописи, писал углубленно и в то же время элегантно. Большая продуманность и стремление к совершенству, характерные для всех его работ, были результатом не заранее продуманной схемы, а глубокого переживания им своей темы.
Мане принадлежал к числу последних представителей буржуазной живописной школы, обеими ногами стоявших на твердой почве действительности. Он любил общество и ничуть не походил не удалившегося в одиночество пророка, как некоторые импрессионисты; он не был одержим идеями о новом зрительном восприятии мира, о воссоздании нового мироздания в искусстве; он не спасался бегством в экзотику от ненавистной парижской жизни. Сущность самого Мане и всего его творчества определялась его буржуазным происхождением; он любил образ жизни своей среды и отнюдь не был с ней в разладе. Мане был привлекательной, гармоничной личностью, он отличался хорошими манерами и элегантностью. Бодрость, оптимизм, жизнерадостность были характерны для всего, что он делал. И если случайно в его произведениях звучала критическая нота, то общее впечатление от его творчества всегда было успокаивающим, как от классических маэстро - Тициана, Веласкеса.
Мане не был революционером. Он был гениальным творцом, сумевшим в удивительном синтезе объединить самые высокие стремления живописцев предшествующих веков. В живописном отношении этот синтез подготовил почву для импрессионизма, что же касается содержания, то он стал завершением реализма и замечательным отображением общества его эпохи.
|
